«Смех без причины – признак дурачины». С причиной или без, смех должен контролироваться сознанием, иначе можно даже погибнуть от него. Эрнест Скрибблер, юморист.

С начала семидесятых годов прошлого века и почти до самого конца девяностых в подземном переходе, ведущем от музея В.И. Ленина к гостинице «Москва» или в переходе к ней с Никольской улицы стоял со своим складным столиком, уставленным книгами, известный московский книжник И. Раскин. Старейший работник «Москниги», писатель, автор нескольких книг и в их числе знаменитой «Энциклопедии Хулиганствующего Ортодокса» – собрания анекдотов, шуток, частушек и различных приколов, крутил гранёную вертушку с билетами книжной лотереи и весёлым хорошо поставленным голосом провозглашал: «Билеты книжной лотереи! На рубль – четыре! Кто много играет, тот мало болеет! Выигрыш сразу, не отходя от кассы! А кто проигрывает, тот смеётся, ведь пять минут смеха – это сто грамм сливочного масла!» Вокруг суетилась толпа покупателей, расхватывая книжки и билеты, как горячие пирожки.

Это была присказка про пользу смеха, отражающая отношение к смеху большинства людей. Автор сей заметки всегда с улыбкой вспоминает её. Однако смех может приносить не только приятные эмоции…

Сын короля Арагона Педро Четвертого, прозванного в народе Церемонным, король Мартин Первый родился в славном городе Жерона в 1356 году. Как только умер его старший брат Хуан, бывший арагонским королём, каталонские бароны немедленно снарядили корабль к Мартину, бывшему тогда герцогом Монбланским и сражавшимся на Сицилии с мятежными феодалами. Ему пришлось временно посадить на трон Арагона свою супругу Марию Лопес де ла Луна. Этим сразу воспользовался муж его старшей сестры, граф Матье де Фуа -Кастельбон, потребовавший себе арагонский престол примерно на тех же основаниях, что и английский король Эдуард, развязавший Столетнюю войну. Он собрал огромное войско, призвав на подмогу графа Арманьяка и собрав все шайки наёмников-бригандов в округе. Они осадили город Барбастро, и тот оказал им отчаянное сопротивление. Горожане лили на французов расплавленное олово, смолу и кипяток, бросали огромные камни, горящие связки соломы, пропитанные маслом, метали арбалетные стрелы и свинцовые, глиняные и каменные ядра из пращей, требушетов и катапульт. Осада затянулась. Арагонская королева – одна из красивейших и образованнейших женщин того времени – как и положено настоящей феодальной правительнице, была энергичной и решительной. Она посылала и посылала осаждённым подкрепления и различные припасы, устраивала заговоры и ссорила союзников. Среди осаждающих начался голод, округа была разграблена. Половина войска французов была поражена жестокой эпидемией дизентерии.

Расправившись с мятежниками на Сицилии, Мартин Первый срочно отплыл в Барселону и, собрав войска, двинулся навстречу зятю. Войско графа в беспорядке отступило через Наварру. Через год король Мартин отправился воевать с маврами, совершив два похода в Северную Африку. Король постоянно воевал, стремясь увеличить свои владения. Арагонцы к тому времени почти завоевали остров Сардиния, и мечта короля – стать повелителем Арагона и обеих Сицилий, как витиевато назывались оба эти острова в то время – казалось бы, могла исполниться. Он разевал рот на Неаполь, живо интересовался любым приращением территорий и был готов скакать в бой, как только это станет необходимо.

Дела на Сардинии резко ухудшились. Местная Боадицея, Элеонора Арборийская, собрав всех недовольных феодалов, возглавила борьбу против арагонцев и изгнала их с большей части острова. Мартин Первый отправляет туда своего сына Мартина Младшего, талантливого полководца, «…спавшего, не снимая лат», как выразился о нем хронист. В жарком сражении при Сан-Лури он наголову разбил мятежных сардинцев, истребил генуэзцев, оказывавших им поддержку, и полностью овладел островом. Стать его правителем он не смог, поскольку заболел и умер в том же году. Королём обеих Сицилий стал его отец Мартин Первый, получивший, уже как король Сицилии, тронное имя Мартина Второго. Мы не будем пересказывать вам историю его царствования, ведь об этом можно написать несколько толстых книг. Скажем лишь, что король Мартин боролся против антипапы Бонифация Девятого, участвовал в борьбе со Схизмой. Вёл войны, подавлял многочисленные мятежи, воевал с королём Неаполя Владиславом и ставленником Генуи, Бранколеоном де Ореа.

Король правил мудро и благородно, насколько это было вообще возможно во времена мрачного Средневековья. Он часто миловал осуждённых, заменяя казнь покаянием и ссылкой в монастыри и на острова. Его всегда занимала искренность раскаяния провинившихся. Считалось, что король Мартин непостижимым образом чувствует, когда человек раскаялся искренне, а когда лжёт. В народе его называли не иначе, как Мартин Гуманный и любили. Сам король, потеряв жену, которую безумно любил, и всех законных наследников мужского пола, женился во второй раз, но законных детей больше не имел, только бастарда. Погружённый в невесёлые раздумья, так и не примирившийся со смертью первой жены, 35-летний король пристрастился к обильной еде и вину, сильно располнел и стал часто болеть. Однажды за обедом, в одиночку съев большого жареного гуся, он, услыхав шутку своего шута, зашёлся неистовым припадком безудержного смеха. Настолько долгим, что скончался на месте. А в народе пошли слухи, что у короля просто-напросто лопнул живот…Так древний род, идущий от знаменитых графов Барселонских, пресёкся. На трон Арагона взошел двоюродный брат короля из Трастамарской династии.

По данным медицинской науки, такой патологический смех – отнюдь не следствие идиотской весёлости или распущенности. Он бывает следствием заболевания – к примеру инфаркта варолиева моста (отдел ствола головного мозга) или продолговатого мозга. Кроме того, сам смех может вызвать различные травмы внутренних органов или обострения уже существующих болезней. К слову, болезнь Куру, поражающая папуасов, тоже сопровождается патологическим смехом. И если воин с копьём, вышедший из суровых джунглей Новой Гвинеи, вдруг неистово засмеётся, не спешите забираться на дерево. Во-первых, это бесполезно, а во-вторых, он может быть болен, и ему может понадобиться помощь. Кстати, от смеха умер античный философ Хрисипп. По древнему преданию, старый мудрец увидел, как чей-то осёл, подойдя к накрытому столу, стал жадно пожирать спелые смоквы из блюда, предназначенного гостям, при этом умильно блаженствуя, жмурясь и ёкая селезенкой. Хрисипп крикнул было рабам подать ослу чашу вина к десерту, но так неистово засмеялся собственной шутке, что умер на месте. От смеха умер и знаменитый итальянец Пьетро Аретано, «Золотое Перо Итальянского Чинквиченто», от него же погиб сэр Томас Уркхарт, шотландский лорд и первый переводчик книг Франсуа Рабле. Уже в конце 19 века от смеха, вызванного анекдотом, погиб испанский поэт Хулиан дель Касаль. Поскольку научная медицина уже существовала, причину установить смогли: разрыв аневризмы аорты.

Ну а в 20 веке, когда информацию научились обрабатывать надёжно и быстро, таких случаев нашлось ещё больше, несмотря на то, что смерть от смеха – всё-таки довольно редкое явление. К примеру, датский врач Оле Бентсен умер во время демонстрации фильма «Рыбка по имени Ванда». Главное – понимать, что даже у человека, чувствующего себя сносно, может развиться инфаркт от непрерывного смеха. Смех учащает пульс, повышается артериальное давление, сердце не выдерживает. При частоте сердечных сокращений 250-500 уд/мин шансов практически не остаётся. Не стоит стараться вызывать смех искусственно или бравировать этим.

Что же касается истории короля Мартина, то во времена Средневековья она стала просто притчей во языцех. Её пересказывали в Артуа и Фландрии, Дании и Швеции, Англии, Италии и Германии. Она добралась до Польши и Литвы, проникла в Норвегию и Пруссию. Полностью видоизменившись, эта история присутствует во множестве сказок. Поэтому много где можно услышать о короле, о гусе и Мартине или даже просто о гусе-Мартине.

Источник

26.06.2019